карта днища чорного моря

В.Д. Блаватский, Г.А. Кошеленко. Открытие затонувшего мира : Акваланг и подводная археология

- Поиск по библиотеке

Акваланг и подводная археология

Подводные археологические работы аквалангистов начались в 1948 г. Экспедиция, которой руководил Жак Ив Кусто, на спасательном судне французского флота «Эли Монье» отправилась в Северную Африку. Причиной организации экспедиции послужило следующее обстоятельство: французские военные летчики незадолго до этого производили аэрофотосъемку береговой полосы в районе крупного античного порта Карфагена. На снимках, полученных ими, оказались непонятные полосы, напоминавшие на первый взгляд остатки затопленных сооружений порта. Группа Кусто должна была проверить эти данные. В ее состав входил известный археолог Пуадебар, исследовавший портовые сооружения Тира в конце 20-х годов.

Тщательные исследования аквалангистов показали, что никаких подводных сооружений в этом месте нет, но все же для контроля использовали эжектор, прокопавший широкую траншею в том месте, где согласно снимкам следовало находиться основным массивам портовых сооружений. Ничего, кроме мощных напластований ила, обнаружено не было.

Этот короткий инцидент в истории подводной археологии, имевший только отрицательные результаты, тем не менее послужил прологом к первым археологическим работам аквалангистов, объектом которых стал уже хорошо нам известный корабль у Махдии.

В это время Кусто, роясь в тунисских архивах, наткнулся на сообщение о работах Тавера над махдийским кораблем. Кусто не был археологом, и естественно, археологические исследования, закончившиеся за 35 лет до того, не были ему известны. Он заинтересовался этим объектом. Просмотрев коллекцию музея Алауи, где была сосредоточена основная часть богатейших махдийских находок, Кусто окончательно убедился в целесообразности смены объекта работ. «Эли Монье» взял курс на Махдию. Времени у экспедиции было уже мало, так как кораблю к определенному сроку следовало вернуться в Тулон, а до этого срока оставалось всего 12 дней. К сожалению, только половина оставшегося времени была потрачена на работу над кораблем, а первые шесть дней пошли на его поиски. Дело в том, что за истекшие 35 лет пейзаж в тех местах основательно изменился и связать его с имевшимся планом не представлялось возможным, так как два из трех намеченных Тавера ориентиров исчезли. Мельница оказалась разрушенной, а на месте упоминавшегося им куста выросла целая роща. Пять долгих дней продолжались поиски, и только к концу шестого удалось обнаружить корабль. Описывая эти работы, Кусто горько жаловался на своего предшественника, ставя ему в пример точность чертежей в известном романе Стивенсона.

Работы, проводившиеся группой Кусто, во многом отличались по приемам и главное по технической оснащенности от работ Тавера. Акваланг сделал легководолаза маневренным и подвижным, уже в этом его огромное преимущество перед скафандровым водолазом. Самые разведки почти немыслимы без акваланга: прочесать огромную площадь морского дна, отыскивая на ней небольшой холмик, может только аквалангист. Скафандровому водолазу такая задача не под силу. Поэтому сознательный поиск подводных археологических объектов вошел в практику подводной археологии только с появлением акваланга. Кроме того, появилась возможность обозреть весь район находок, проплывая над ним, что также было совершенно невозможно для тяжелого водолаза, поднимавшего при каждом шаге черное облако ила.

Но главным достижением была разработанная лейтенантом Жаном Алина специальная таблица для аквалангистов, позволяющая быстро совершать серию кратковременных погружений, во время которых азот не успевает

проникнуть в кровь. Это дает огромную экономию времени и сил и, что еще важнее, во много раз увеличивает безопасность работ. В 1906—1913 гг. несколько опытнейших водолазов-профессионалов заболело кессонной болезнью, причем один из них умер. В 1948 г. за все время работ никто не пострадал, и только одного водолаза понадобилось на один час поместить в рекомпрессионную камеру.

source